Гонщик — это последнее звено в цепи работы команды. То есть, трудится вся команда, а ты выдаешь результат. И тебе нельзя допустить ошибку, потому что ты подводишь итог работы всех, а не только свой личный. Поэтому для меня гонки — это командный вид спорта.

То, что в новом сезоне в WTCC появится русская команда на русской машине с русским гонщиком — новый для нас виток развития. Это третий сезон «Лукойл Рейсинг» в WTCC, команда «АвтоВАЗа» возвращается в чемпионат с новым автомобилем, построенным уже по новым требованиям. Для меня лично это означает упрощение коммуникации. Не потому, что в SEAT Sport были какие-то проблемы, но на родном языке все же проще донести до механиков свои пожелания, объяснить нюансы. Ну а еще прибавится ответственности перед российскими болельщиками, да и с их стороны будет больше внимания.

Результат на гонке в Словакии, когда нам удалось одержать командный дубль, Габриэле Тарквини финишировал первым, я — вторым, пока мое высшее достижение в европейской гоночной карьере. Порой мне кажется, что все мои десять титулов, которые я заработал в российском чемпионате, не стоят подиума в чемпионате WTCC. Хотя я понимаю, что не будь тех десяти титулов, не было бы и такого результата.

Я был недавно у родителей на даче, обнаружил подшивку спортивных журналов за прошлое десятилетие. Открываю какой-то номер начала двух

тысячных, а там про Чемпионат Европы — еще тогда не было Чемпионата мира — по кузовным гонкам, и первая десятка пилотов — все те же самые люди, что и сегодня. Бороться очень тяжело. Невозможно прийти в этот чемпионат и сразу — бам! — выиграть.

Если бы раньше вы спросили меня, кто мои кумиры в спорте, я назвал бы Шумахера, Райконена, Хаккенена, Алонсо. Я следил только за Формулой 1 и не понимал, что такое чемпионат мира «в кузовах». Но сейчас приоритеты немного поменялись. Проработав год в одной команде с Габриэле Тарквини, я понял, что именно этот человек стал для меня самым важным ориентиром. Возможно, в новом году, поработав с Джейсоном Томпсоном, мне захочется почерпнуть что-то полезное от него.

Габриэле Тарквини, которому сейчас пятьдесят, итальянские журналисты недавно спросили, как долго он еще собирается выступать. А он ответил, мол, спасибо нашему Монти, что он увеличил пенсионный возраст для мужчин до 67 лет, я чувствую себя вполне боеспособным, чтобы принимать участие в соревнованиях. Вот и я, пока могу педали топтать и руль крутить, буду этим заниматься.